"Сентенции (1601 - 1800)".



1601. ибо есть случаи, когда никто не должен заглядывать нам в глаза, а ещё того менее в наши «мотивы». И взять себе в компаньоны этот плутоватый и весёлый порок – учтивость. И быть господином своих четырёх добродетелей:
мужества, прозорливости, сочувствия, одиночества. Ибо одиночество есть у нас добродетель, как свойственное чистоплотности возвышенное влечение, которое провидит, какая неизбежная неопрятность должна иметь место при соприкосновении людей между собою, - «в обществе». Как бы ни было, когда бы ни было, где бы ни было, - всякое общение «опошляет».
/Ницше/
* * *

1602. Величайшие события и мысли – а величайшие мысли суть величайшие события – постигаются позже всего.
/Ницше/
* * *

1603. Закалите меня звёзды! – И звёзды меня закалили…
* * *

1604. 287. – Что такое знатность? Что означает для нас в настоящее время слово «знатный»? Чем выдаёт себя знатный человек, по каким признакам можно узнать его под этим тёмным, зловещим небом начинающегося господства черни, небом, которое делает всё непроницаемым для взора и свинцовым? – Этими признаками не могут быть поступки: поступки допускают всегда много толкований, они всегда непостижимы; ими не могут быть также «творения». В наше время среди художников и учёных есть немало таких, которые выдают своими творениями, что глубокая страсть влечёт их к знатному, - но именно эта потребность в знатном коренным образом отличается от потребностей знатной души и как раз служит красноречивым и опасным признаком того, чего им недостаёт. Нет, не творения, а вера – вот что решает здесь, вот что устанавливает ранги, - если взять старую религиозную формулу в новом и более глубоком смысле: какая-то глубокая уверенность знатной души в самой себе, нечто такое, чего нельзя искать, нельзя найти и, быть может, также нельзя потерять. – Знатная душа чтит сама себя.
/Ницше/
* * *

1605. 289. В писаниях отшельника нам всегда чудятся какие-то отзвуки пустыни, какой-то шорох и пугливое озирание одиночества; даже в самых сильных его словах, в самом его крике слышится новый, более опасный вид молчания и замалчивания. Кто из года в год и день и ночь проводит время наедине со своей душой в интимных ссорах и диалогах, кто, сидя в своей пещере – а она может быть и лабиринтом, но также и золотым рудником, - сделался пещерным медведем, или искателем сокровищ, или сторожем их и драконом, - у того и самые понятия получают в конце концов какую-то особенную сумеречную окраску, какой-то запах глубины и вместе с тем плесени, нечто невыразимое и противное, обдающее холодом всякого проходящего мимо. Отшельник не верит тому, чтобы философ – полагая, что философ всегда бывает сперва отшельником, - когда-либо выражал в книгах свои подлинные и окончательные мнения: разве книги не пишутся именно для того, чтобы скрыть то, что таишь в себе? – он даже склонен сомневаться, может ли вообще философ иметь «окончательные и подлинные» мнения и не находится ли, не должна ли находиться у него за каждой пещерой ещё более глубокая пещера – более обширный, неведомый и богатый мир над каждой поверхностью, пропасть за каждым основанием, под каждым «обоснованием». Всякая философия есть философия авансцены – так судит отшельник: есть что-то произвольное в том, что он остановился именно здесь, оглянулся назад, осмотрелся вокруг, что он здесь не копнул глубже и отбросил в сторону заступ, - тут есть также что-то подозрительное». Всякая философия скрывает в свою очередь некую философию; всякое мнение – некое убежище, всякое слово – некую маску.
/Ницше/
* * *

1606. 290. Каждый глубокий мыслитель больше боится быть понятым, чем непонятым. – В последнем случае, быть может, страдает его тщеславие, в первом же – его сердце, его сочувствие, которое твердит постоянно: «ах, зачем вы хотите, чтобы и вам было так же тяжело, как мне?»
/Ницше/
* * *

1607. 291. Человек, это многообразное, лживое, искусственное и непроницаемое животное, страшное другим животным больше хитростью и благоразумием, чем силой, изобрёл чистую совесть для того, чтобы наслаждаться своей душой, как чем-то простым; и вся мораль есть не что иное, как смелая и продолжительная фальсификация, благодаря которой вообще возможно наслаждаться созерцанием души. С этой точки зрения понятие «искусство» заключает в себе, быть может, гораздо больше, чем обыкновенно думают.
/Ницше/
* * *

1608. 292. Философ: это человек, который постоянно переживает необыкновенные вещи, видит, слышит, подозревает их, надеется на них, грезит о них; которого его собственные мысли поражают как бы извне, как бы сверху и снизу, как привычные для него события и грозовые удары; который, быть может, сам представляет собою грозовую тучу, чреватую новыми молниями; это роковой человек, постоянно окружённый громом, грохотом и треском и всякими жутями. Философ: ах, существо, которое часто бежит от самого себя, часто боится себя, - но которое слишком любопытно для того, чтобы постоянно снова не «приходить в себя», не возвращаться к самому себе.
/Ницше/
* * *

1609. Лишь кто меняется, тот родствен мне душой.
/Ницше/
* * *

1610. И самый мужественный из нас лишь редко обладает мужеством на то, что он собственно знает…
/Ницше/
* * *

1611. Чтобы жить в одиночестве, надо быть животным или богом, говорит Аристотель. Не хватает третьего случая: надо быть и тем и другим – философом.
/Ницше/
* * *

1612. «Всякая истина однозначна». – Не двузначна ли эта ложь?
/Ницше/
* * *

1613. В своём диком естестве отдыхаешь лучше всего от своей неестественности, от своей духовности…
/Ницше/
* * *

1614. Помогай себе сам: тогда поможет тебе и каждый. /Принцип любви к ближнему/
/Ницше/
* * *

1615. Кто не умеет влагать в вещи своей воли, тот по крайней мере всё же влагает в них смысл: т.е. он полагает, что в них уже есть воля. /Принцип «веры»/
/Ницше/
* * *

1616. Становиться исключительно в такие положения, когда нельзя иметь кажущихся добродетелей, когда, напротив, как канатный плясун на своём канате, либо падаешь, либо стоишь – либо благополучно отделываешься…
/Ницше/
* * *

1617. Благопристойные вещи, как и благопристойные люди, не носят своих доводов так прямо в руках. Неприлично показывать все пять пальцев. Что сперва требует доказательства, то имеет мало ценности.
/Ницше/
* * *

1618. Диалектику выбирают лишь тогда, когда нет никакого другого средства. Известно, что ею возбуждаешь недоверие, что она мало убеждает. Она может быть лишь необходимой самообороной в руках людей, не имеющих уже никакого иного оружия.
/Ницше/
* * *

1619. «Разум» является причиной того, что мы искажаем свидетельство чувств. Поскольку чувства говорят о становлении, об исчезновении, о перемене, они не лгут… Но Гераклит останется вечно правым в том, что бытие есть пустая фикция. «Кажущийся» мир есть единственный: «истинный мир» только прилган к нему…
/Ницше/
* * *

1620. мы ( - я говорю из учтивости мы…)
/Ницше/
* * *

1621. «Разум» в языке – о, что это за старый обманщик!
/Ницше/
* * *

1622. Осуждение жизни со стороны живущего остаётся в конце концов лишь симптомом известного вида жизни: вопрос о справедливости или несправедливости тут совершенно не ставится. Надо было бы занимать позицию вне жизни и, с другой стороны, знать её так же хорошо, как один, как многие, как все, которые её прожили, чтобы вообще сметь касаться проблем ценности жизни – достаточные основания для того, чтобы понять, что эта проблема для нас недоступна. Говоря о ценностях, мы говорим под влиянием инспирации, под влиянием оптики жизни: сама жизнь принуждает нас устанавливать ценности, сама жизнь ценит через нас, когда мы определяем ценности… Отсюда следует, что и та противоестественная мораль,
/Ницше/
* * *

1623. Удачный человек, «счастливец», должен совершать известные поступки и инстинктивно боится иных поступков, он вносит порядок, который он физиологически являет собою, в свои отношения к людям и вещам. Формулируя это: его добродетель есть следствие его счастья…
/Ницше/
* * *

1624. уверенность своего инстинкта
/Ницше/
* * *

1625. Как осознать бессознательное? Как понять интуицию?
/И.Черных/
* * *

1626. потому что чувство полноты и силы даёт человеку спокойствие. Мораль и религия всецело относятся к психологии заблуждения: в каждом отдельном случае причина смешивается с действием; или истина смешивается с действием чего-то считаемого истинным; или состояние сознания смешивается с причинностью этого состояния.
/Ницше/
* * *

1627. Что только и может быть нашим учением? – Что никто не даёт человеку его качеств: ни Бог, ни общество, ни его родители и предки, ни он сам.
/Ницше/
* * *

1628. Видеть то, что есть, - это подобает совсем иному роду людей, людям факта. Надо знать, кто ты такой…
/Ницше/
* * *

1629. Освободимся тут от одного предрассудка: идеализирование не состоит, как обыкновенно думают, в отвлечении или исключении незначительного, побочного. Скорее решающим является чудовищное выдвигание главных черт, так что другие, благодаря этому, исчезают.
/Ницше/
* * *

1630. Быть невзыскательным к людям, держать открытым своё сердце – это либерально, но и только либерально. Сердца, способные на аристократическое гостеприимство, узнаются по многим завешенным окнам и закрытым ставням: свои лучшие помещения они держат пустыми. Почему же? – Потому что они ждут гостей, к которым не бывают «невзыскательны»…
/Ницше/
* * *

1631. Что оправдывает человека, так это его реальность, - она будет оправдывать его вечно.
/Ницше/
* * *

1632. Ибо что такое свобода? То, что имеешь волю к собственной ответственности.
/Ницше/
* * *

1633. Я никогда ещё не был достаточно скромен, чтобы желать от себя меньшего.
/Ницше/
* * *

1634. безусловной волей ничем себя не морочить и видеть разумность в реальности – а не в «разуме», ещё того менее в «морали»…
/Ницше/
* * *

1635. «Но, как известно, история не знает сослагательных наклонений».
* * *

1636. Анемия исторической памяти – одна из тяжёлых болезней, поразивших наше общество. Заболев ею, оно отвергает не только знание об историческом, но и совсем недавнем прошлом. Противостоять этой болезни могут лишь люди, обладающие самостоятельным мышлением, предпочитающие информацию из первых уст, а не от льстивых интерпретаторов, готовых рисовать прошлое лишь той краской, которая соответствует сегодняшней конъюнктуре.
/Горбачев М.С./
* * *

1637. … даже деспот не может быть свободным, когда все остальные рабы.
/Гегель/
* * *

1638. Общепризнанно, что сила бюрократии в тайне.
* * *

1639. … сильно сомневаюсь и потому ставлю всегда кавычки, ибо это самоназвание, а не реальность.
* * *

1640. Непредвзятое прочтение заново литературной и философской классики поможет воссоздать веру в человека, в добро и справедливость.
* * *

1641. круг чтения, возбуждающего лучшие мысли и чувства.
* * *

Николай Александрович Бердяев (06.03.1874 – .03.1948)
Цитаты из его книг: (1642 – 1744)
- «Русская идея: основные проблемы русской мысли XIX века и начала XX века»;
- «Самопознание»

1642. В народном понимании спасения, милостыня имеет первостепенное значение.
* * *

1643. Миссия России быть носительницей и хранительницей истинного христианства, православия. Это призвание религиозное. «Русские определяются «православием». Россия единственное православное царство и в этом смысле царство вселенское, подобно первому и второму Риму.
* * *

1644. Раскол с 1666 года, когда царём Алексеем Михайловичем был созван собор, на котором протопоп Аввакум был предан анафеме, лишён сана и сослан на заточение в Пустоозерский острог. Это дата начала официальных репрессий, предпринятых властью против раскольников. Раскол подорвал силы русской церкви, умалил авторитет иерархии и сделал возможной и объяснимой церковную реформу Петра Великого.
Возросла сила дворянства, которое стало совсем чуждо народу. Самый стиль жизни дворян-помещиков был непонятен народу. Именно в Петровскую эпоху, в царствование Екатерины II русский народ окончательно подпал под власть крепостного права.
* * *

1645. Необыкновенную честь русскому дворянству делает то, что в своём верхнем аристократическом слое оно создало движение декабристов, первое освободительное движение в России, открывшее революционный век. Высший слой русской гвардии, наиболее культурный в то время, проявил большое бескорыстие. Богатые помещики и гвардейские офицеры не могли примириться с тяжёлым положением крепостных крестьян и солдат.
* * *

1646. Русские не скептики, они догматики, у них всё приобретает религиозный характер, они плохо понимают относительное.
* * *

1647. Интеллигенция вербуется из разных социальных слоёв, она была сначала по преимуществу дворянской, потом разночинной. Лишний человек, кающийся дворянин, потом активный революционер – разные моменты в существовании интеллигенции. Родоначальником русской интеллигенции был Радищев, он предвосхитил и определил её основные черты. Когда Радищев в своём «Путешествии из Петербурга в Москву» написал слова: «Я взглянул окрест меня – душа моя страданиями человечества уязвлена стала», - русская интеллигенция родилась. Он утверждал верховенство совести. Главное у него было не государство, а благо народа.
* * *

1648. Русская мысль всегда будет занята преображением действительности. Познание будет связано с изменением. Русские в своём творческом порыве ищут совершенной жизни, а не только совершенных произведений.
Русские искали в западной мысли прежде всего сил для изменения и преображения собственной неприглядной действительности, искали прежде всего ухода из настоящего. Они находили эти силы в немецкой философской мысли и французской социальной мысли.
* * *

1649. Россия к XIX в. сложилась в огромное мужицкое царство, скованное крепостным правом, с самодержавным царём во главе, власть которого опиралась не только на военную силу, но также и на религиозные верования народа, с сильной бюрократией, отделившей стеной царя от народа, с крепостническим дворянством, в средней массе своей очень непросвещённым и самодурным, с небольшим культурным слоем, который легко мог быть разорван и раздавлен. Интеллигенция и была раздавлена между двумя силами – силой царской власти и силой народной стихии. Народная стихия представлялась интеллигенции таинственной силой. Она противополагала себя народу, чувствовала свою вину перед народом и хотела служить народу.
* * *

1650. Очень важно отметить, что русское мышление имеет склонность к тоталитарным учениям и тоталитарным миросозерцаниям. Только такого рода учения и имели у нас успех. В этом сказывался религиозный склад русского народа. Русская интеллигенция всегда стремилась выработать себе тоталитарное, целостное миросозерцание, в котором правда-истина будет соединена с правдой-справедливостью. Через тоталитарное мышление она искала совершенной жизни, а не только совершенных произведений философии, науки, искусства.
* * *

1651. В XVIII в. и в начале XIX в. у нас настоящей философии не было, она находилась в младенческом состоянии.
Мы ничего не дали миру, не научили его; мы не внесли ни одной идеи в массу идей человеческих, ничем не содействовали прогрессу человеческого разума, и всё, что нам досталось от этого прогресса, мы исказили.
* * *

1652. Сосредоточиваясь, углубляясь, замыкаясь в самом себе, созидался человеческий ум на Востоке; раскидываясь вовне, излучался во все стороны, борясь со всеми препятствиями, развивался он на Западе.
* * *

1653. Славянофилы были у нас первыми народниками, но народниками на религиозной почве. Органичность была их идеалом совершенной жизни.
* * *

1654. Русское мышление гораздо более тоталитарно и целостно, чем мышление западное, более дифференцированное, разделённое на категории. Вот как формулирует Ив. Киреевский различие и противоположение. На Западе всё произошло от торжества формального разума.
Рационалистическая рассечённость была как бы вторым грехопадением человечества. «Три элемента на Западе: Римская церковь, древнеримская образованность и возникшая из насилий завоевания государственность, были совершенно чужды Руси». «Богословие на Западе приняло характер рассудочной отвлечённости, - в православии оно сохранило внутреннюю целость духа; там развитие сил разума, - здесь стремление к внутреннему, живому». «Раздвоение и целость, рассудочность и разумность, будет последним выражением Западной Европы и древнерусской образованности». Центральная философская мысль, из которой исходит Ив. Киреевский, им выражена так: «Внутреннее сознание, что есть в глубине души живое общее сосредоточие для всех отдельных сил разума, и одно достойное постигать высшую истину – такое сознание постоянно возвышает самый образ мышления человека: смиряя его рассудочное самомнение, оно не стесняет свободы естественных законов его мышления; напротив, укрепляет его самобытность и вместе с тем добровольно подчиняет его вере. Славянофилы искали в истории, в обществе и культуре ту же духовную целостность, которую находили в душе. Они хотели открыть оригинальный тип культуры и общественного строя на духовной почве православия. « На Западе, - писал К. Аксаков, - души убивают, заменяясь усовершенствованием государственных форм, полицейским благоустройствием; совесть заменяется законом, внутренние побуждения – регламентом, даже благотворительность превращается в механическое дело; на Западе вся забота о государственных формах». «В основании государства русского: добровольность, свобода, мир». Последняя мысль К. Аксакова находится в вопиющем несоответствии с исторической действительностью и обнаруживает неисторический характер основных мыслей славянофилов о России и Западе. Это есть типология, характеристика духовных типов, а не характеристика действительной истории.
* * *

1655. Противоборство двух начал в истории: свободы и необходимости, духовности и вещественности.
* * *

1656. Но отрицание правовых начал опускает жизнь ниже правовых начал. Гарантий прав человеческой личности не нужно в отношениях любви, но отношения в человеческих обществах очень мало походят на отношения любви.
* * *

1657. Русские суждения о собственности и воровстве определяются не отношением к собственности как социальному институту, а отношением к человеку. Мы увидим, что с этим связана и русская борьба против буржуазности, русское неприятие буржуазного мира.
* * *

1658. Истина о невозможности рассматривать настоящее исключительно как средство для будущего.
* * *

1659. Об этом будет ещё речь…
* * *

1660. Последний из людей имеет абсолютное значение.
* * *

1661. Я употребляю слово «утопия» совсем не для обозначения неосуществимости, а лишь для обозначения максимального идеала, предельного совершенства.
* * *

1662. Но мысль его была иначе окрашена, воля иначе направлена.
* * *

1663. Русские менее законники, чем западные люди, для них содержание важнее формы.
* * *

1664. Чернышевский имел самую жалкую философию, которой была заполнена поверхность его сознания. Но глубина его нравственной природы внушала ему очень верные и чистые жизненные оценки.
* * *

1665. Нужно пожертвовать множественным во имя единого. Но это и есть принцип аскезы.
* * *

1666. Русский народ социалист по инстинкту.
* * *

1667. Толстой совсем не был последователен, он не умел осуществить своей веры в жизни и сделал это лишь в конце жизни своим гениальным уходом.
* * *

1668. Принудительная организация человеческого счастья…
* * *

1669. В своём пути человек может быть обогащён опытом зла. Но нужно это как следует понять. Обогащает не самое зло, обогащает та духовная сила, которая пробуждается для преодоления зла.
Зло есть испытание свободы человека. В истории, в социальной жизни мы видим то же самое. Есть как бы закон диалектического развития, согласно которому дурное, злое в известный период не уничтожается, а преодолевается, и в преодоление входит всё положительное предшествующего периода.
* * *

1670. Свобода и равенство порождают мещанство.
* * *

1671. Разоблачение возвышенной лжи – один из существенных русских мотивов.
* * *

1672. Моральный по преимуществу склад русского мышления.
* * *

1673. Польза есть принцип приспособления для охраны жизни и достижения благополучия. Но охрана жизни и благополучия могут противоречить свободе и достоинству личности.
* * *

1674. Не может быть классовой истины, но может быть классовая ложь, и она играет немалую роль в истории.
* * *

1675. Русский народ всегда иначе относился к власти, чем европейские народы, - он всегда смотрел на власть не как на благо, а как на зло…
* * *

1676. Случай с Толстым наводит на очень важную мысль, что истина опасна и не даёт гарантий и что вся общественная жизнь людей основана на полезной лжи. Есть прагматизм лжи.
* * *

1677. На Западе мысль и знание очень дифференцированы, всё распределено по категориям.
* * *

1678. Чужие мысли полезны только для развития собственных.
* * *

1679. Волюнтаризм – волящий разум.
* * *

1680. Рационально-логическое не может быть критерием истинности догматов. Дух Св. не знает других критериев, кроме самого Духа Св.
* * *

1681. Так в теории познания эмпиризм, рационализм и мистицизм являются отвлечёнными началами, которые ложны в своём исключительном самоутверждении, но заключают в себе частичные истины, которые войдут в целостное познание свободной теософии (всеединство высшего центра).
* * *

1682. В преодоление входит то, что было истинного в предшествующем.
* * *

1683. Свобода порождает трагедию. Тайна свободы рационально непостижима.
* * *

1684. Антрополог – открытия о человеке.
* * *

1685. Мысль, что нужно прежде всего исправить себя, а не улучшать жизнь других, есть традиционно-православная мысль.
* * *

1686. Откровение есть внутреннее действие Бога на человека. Бог познаётся и чувством, и умом, но не умом и понятием. Религия принимается только сердцем.
Душа должна предсуществовать, мир создан не во времени, а в вечности.
Основная идея Евангелия – идея божественной духовной жизни. Евангельская вера – абсолютная форма религии и погружена в безграничную свободу.
* * *

1687. Царство же Божье есть преображение мира, не только преображение индивидуального человека, но также преображение социальное и космическое. Начало мира правды и красоты. Когда Достоевский говорил, что красота спасёт мир, он имел в виду преображение мира, наступление Царства Божьего.
* * *

1688. У русских всегда есть жажда иной жизни, иного мира, всегда есть недовольство тем, что есть.
* * *

1689. Сектантский уклон всегда означает сужение сознания, недостаток универсализма, вытеснение сложного многообразия жизни.
* * *

1690. иррациональность зла.
* * *

1691. Вера для Чешковского есть знание, принятое чувством.
* * *

1692. Русские устремлены не к царству этого мира, они движутся не волей к власти и могуществу. Русский народ, по духовному своему строю, не империалистический народ, он не любит государство.
* * *

1693. Но в своих постоянных изменениях он, в сущности, всегда оставался самим собой.
* * *

1694. Моноидеист – человек одной темы.
* * *

1695. Он равнодушен к теме о свободе и потому равнодушен к моральной теме.
* * *

1696. Бытие есть лишь объективизация существования.
* * *

1697. Русские люди любовь ставят выше справедливости. Русские моральные оценки определяются по отношению к человеку, а не к отвлечённым началам собственности, государства, не к отвлечённому добру. Русские ищут не столько организованного общества, сколько общности, общения, и они малопедагогичны.
* * *

1698. Книги, написанные о себе, очень эгоцентричны. Есть несколько типов книг, написанных о себе и своей жизни. Есть, прежде всего, дневник, есть исповедь, есть воспоминания. Наконец, есть автобиография, рассказывающая события жизни, внешние и внутренние, в хронологическом порядке.
Память активна, в ней есть творческий, преображающий элемент, и с ним связана неточность, неверность воспоминания. Память совершает отбор, многое она выдвигает на первый план, многое же оставляет в забвении, иногда бессознательно, иногда же сознательно.
В познании о себе самом человек приобщается к тайнам, неведомым в отношении к другим.
Из испытаний, которые мне пришлось пережить я вынес веру, что меня хранила Высшая Сила и не допускала погибнуть.
История не щадит человеческой личности и даже не замечает её.
* * *

1699. Действительности противостоит мечта, и мечта в каком-то смысле реальнее действительности.
У каждого человека, кроме позитива, есть и свой негатив. Очень поверхностно и наивно удивление перед противоречиями человека. Человек есть существо противоречивое. Это глубже в человеке, чем кажущееся отсутствие противоречий.
* * *

1700. Любовь к животным – это обратная сторона одиночества.
* * *

1701. Я никогда не мог ловить счастливых мгновений жизни и не мог их испытать. (Это расплата за меньшее число разочарований, И. Черных, ноябрь 2001г.)
* * *

1702. Классицизм – создаёт иллюзию совершенства в конечном.
* * *

1703. «Личность» же есть качественное достижение.
* * *

1704. Религия есть не что иное, как достижение близости, родственности.
Прежде всего я убеждён, что воображение есть один из путей прорыва из этого мира в мир иной. Вы вызываете в себе образ иного мира.
* * *

1705. Одинокие люди обыкновенно бывают исключительно созерцательными и не социальными. Но я соединял одиночество с социальностью.
Есть два основоположных типа людей – тип, находящийся в гармоническом соотношении с мировой средой, и тип, находящийся в дисгармоническом соотношении.
* * *

1706. Острое переживание одиночества и тоски не делает человека счастливым. Одиночество связано с неприятием мировой данности.
* * *

1707. Страх и скука направлены не на высший, а на низший мир. Страх говорит об опасности, грозящей мне от низшего мира. Нет ничего безнадёжнее и страшнее этой пустоты скуки. В тоске есть надежда, в скуке – безнадежность.
* * *

1708. Печаль лирична. Ужас драматичен.
* * *

1709. Тоска, в сущности, всегда есть тоска по вечности, невозможность примириться с временем.
* * *

1710. Теория по-гречески значит созерцание.
* * *

1711. Интересен лишь человек, в котором есть прорыв в бесконечность.
Для «искусства жить» нужно сосредоточиться на конечном, погрузиться в него, нужно любить жить во времени.
* * *

1712. Идея свободы для меня первичнее идеи совершенства, потому что нельзя принять принудительного, насильственного совершенства.
* * *

1713. В школьной философии проблема свободы обычно отождествлялась с «свободой воли». Свобода мыслилась как свобода выбора, как возможность повернуть направо или налево. Выбор между добром и злом предполагает, что человек поставлен перед нормой, различающей добро и зло. Свобода есть моя независимость и определяемость моей личности изнутри, и свобода есть моя творческая сила, не выбор между поставленным передо мной добром и злом, а моё созидание добра и зла. Самое состояние выбора может давать человеку чувство угнетённости, нерешительности, даже несвободы. Освобождение наступает, когда выбор сделан и когда я иду творческим путём.
* * *

1714. Ортодоксия имеет социологическую природу и означает авторитет организованного коллектива над свободной личностью, над свободным духом человека.
* * *

1715. Свобода моей совести есть абсолютный догмат.
* * *

1716. Я не могу признать ложью то, в чём я узреваю истину, потому только, что от меня требуют признать это ложью. Да и по-настоящему никто никогда на это не соглашался.
* * *

1717. Христианство не только не было реализовано в жизни, что всегда можно объяснить греховностью человеческой природы, но оно было искажено в самом учении, вплоть до самой догматики. «Первые» (в элементарном случае «первых» в знатности, богатстве и власти) умудрились оправдать своё положение на основании христианского учения. Бессовестность христиан беспримерна в истории. Христианство всегда воспринималось мной, прежде всего, как милосердие, сострадание, прощение, человечность. Но из христианства умудрились сделать самые бесчеловечные выводы, поощряющие садистские инстинкты людей.
* * *

1718. Ошибочно думать, что сомнение носит интеллектуальный характер. Человек обманывает себя, думая, что его сомнение и возражение против веры интеллектуально-познавательны. В действительности сомнение имеет эмоциональный и волевой характер. Скепсис застывший и длящийся, который не есть только момент духовного пути и диалектического процесса мысли, означает метафизическую бесхарактерность, неспособность к волевому избранию.
Уверенность также имеет прежде всего эмоциональную природу. Интеллектуальный аппарат обыкновенно бывает лишь служебным орудием. Не существует чисто интеллектуальной интуиции. Интуиция всегда интеллектуально-эмоциональная. И саму эмоциональность я бы назвал трансцендентальной. Существуют трансцендентальные эмоции, эмоциональное a priori познания, и прежде всего религиозного познания.
* * *

1719. Бог не есть бытие, и к Нему неприменимы категории бытия, всегда принадлежавшие мышлению. Он существует, Сущий, и об этом мыслить можно лишь конечно (из вечности) и символически.
* * *

1720. Я никогда не мог примириться с внутренним поражением, мой дух был направлен к внутренней победе.
Вера и убеждение выражают синтез душевной жизни, достигнутый ею целостный образ, образование личности. Сомнение, длящийся скепсис означает распадение этого синтеза, собранности личности.
* * *

1721. Опасность совсем не плохая вещь, человек должен проходить через опасности.
* * *

1722. Я вижу два первых двигателя в своей внутренней жизни: искание смысла и искание вечности. Искание смысла было первичнее искания Бога, искание вечности первичнее искания спасения.
Искание истины и смысла я противоположил обыденности, бессмысленной действительности. Но мой переворот не был обращением в какую-либо конфессию, в православие или даже просто в христианство. Это был поворот к духу и обращение к духовности. Я навеки сохранил убеждение, что нет религии выше истины, формула, которой злоупотребляли теософы.
* * *

1723. Я сознал независимость духа от оболочек души.
* * *

1724. В своих истоках философское познание Спинозы так же интуитивно, как и философское познание всякого подлинного философа. Дискурсивное развитие мысли существует не для самого познающего, оно существует для других. Таким образом надеются приобщить других к своему познанию, убедить их. Но и других убеждает совсем не это. Дискурсивное развитие мысли имеет социологическую природу, это есть организация познания в социальной обыденности. Мне всегда казалось, что приобщить к своей мысли, убедить других я могу лишь остротой и ясностью формулировок своей интуиции. При этом нужно сказать, что моя мысль совсем не отрывочная, не фрагментарна, не направлена на частности и детали. Наоборот, она очень централизована, целостна, направлена на целостное постижение смысла, в ней всё со всем связано. Афоризм есть микрокосм, он отражает макрокосм, в нём всё.
* * *

1725. Только собственный внутренний опыт давал мне возможность понять читаемую книгу. В этом случае то, что в книге написано, есть лишь знаки моего духовного пути. Я думаю, что вообще иначе ничего нельзя понять в книгах. Извне, из «не-я», которому ничего бы не соответствовало бы в «я», ничего толком понять и узнать нельзя. Понимание и познание возможно лишь потому, что человек есть микрокосм, что в нём раскрывается универсум и что судьба моего «я» есть вместе с тем и судьба универсума.
* * *

1726. Философия есть любовь к мудрости. Источник философского познания – целостная жизнь духа, духовный опыт. Всё остальное лишь второстепенное подспорье. Страдание, радость, трагический конфликт – источник познания. Познание уничтожает лжетайны, вызванные незнанием. Но есть тайна, перед которой мы останавливаемся именно от глубины познания. Познание тайны есть углубление подлинной тайны. Познание бывает разоблачением и падением иллюзий.
Слишком большое знание жизни и людей печально. Многое хотелось бы не видеть так ясно и так близко. Но это есть крушение ложных иллюзий, которыми полна наша жизнь. Это может расчистить нам путь к подлинной Тайне. Сознание таинственности жизни лишь усиливается, и только лжепознание парализует это сознание.
* * *

1727. Это и есть тайна личности, неизменность в изменении.
* * *

1728. Анти-теизм, отрицание традиционных религиозных понятий о Боге.
* * *

1729. Я всегда хотел, чтобы философия была не о чём-то, а чем-то, обнаружением первореальности самого субъекта.
* * *

1730. Основная тема моя была в том, как дальше развить и вместе с тем преодолеть мысль Канта, пытаясь оправдать возможность познания первореальности до рационализации, до обработки сознанием.
Реальность для меня совсем не тождественна бытию и ещё менее тождественна объективности. Мир же субъективный и персоналистический есть единственный подлинно реальный.
* * *

1731. Классовая истина есть нелепое словосочетание.
В личности есть моральный, аксиологический момент, она не может определяться лишь эстетически. Поэтому для личности совсем не безразлично, откуда происходит экктаз и к чему относиться, важно не только «как», но и «что».
* * *

1732. Моя вера, спасающая меня от атеизма, вот какова: Бог открывает Себя миру, Он открывает Себя в пророках, в Сыне, в Духе, в духовной высоте человека, но Бог не управляет этим миром, который есть отпадение во внешнюю тьму. Откровение Бога миру и человеку есть откровение эсхатологическое, откровение Царства Божьего, а не царства мира. Бог есть правда, мир же есть неправда. Но неправда, несправедливость мира не есть отрицание Бога, ибо к Богу неприменимы наши категории силы, власти и даже справедливости.
Даже грех я ощущаю не как непослушание, а как утерю свободы. Свободу же ощущаю как божественную. Бог есть свобода и даёт свободу. Он не Господин, а Освободитель от рабства мира. Бог действует через свободу и на свободу. Он не действует через необходимость и на необходимость. Он не принуждает Себя признать. В этом скрыта тайна мировой жизни.
В результате долгого пути я принужден сознать, что православие неопределимо, гораздо менее определимо, чем католичество и протестантизм.
К Богу неопределимо ни одно понятие, имеющее социальное происхождение.
* * *

1733. Теология – мыслит Бога. Религия есть не чувство зависимости человека, а есть чувство независимости человека.
* * *

1734. Все события мировой и исторической жизни суть лишь символика событий духовных.
* * *

1735. Я погружаюсь в глубину и становлюсь перед тайной мира, тайной всего, что существует. И каждый раз с пронизывающей меня остротой я ощущаю, что существование мира не может быть самодостаточным, не может не иметь за собой в ещё большей глубине Тайны, таинственного Смысла. Это Тайна есть Бог. Люди не могли придумать более высокого слова. Отрицание Бога возможно лишь на поверхности, оно невозможно в глубине.
* * *

1736. Общение с людьми есть путь опытного познания.
* * *

1737. Магия есть господство над миром через познание необходимости и закономерности таинственных сил мира.
* * *

1738. Главный источник события жизни, духовный опыт.
* * *

1739. Совесть – есть глубина личности, где человек соприкасается с Богом.
* * *

1740. В подсознательных погребах каждого человека, в его низшем «я» есть безобразное, уродливое, потенциально преступное, но важно отношение к этому его высшего, глубокого «я».
* * *

1741. Все иерархические чины этого мира всегда представлялись мне лишь маскарадом.
* * *

1742. Молодость ко многому невнимательна и не имеет зоркости взгляда.
* * *

1743. Привычка, которая всегда стремится избежать усилия, которого требует сопротивление материального мира.
* * *

1744. Зло есть самоотчуждённость человека.
* * *

1745. Истина должна служить общему разуму. Ибо бриллиант красив, когда его видят все. /И.Черных/
* * *

1746. Я никогда не достигал в реальности того, что было в глубине меня.
М.Пруст
* * *

1747. В науке нет широкой столбовой дороги, и только тот может достигнуть её сияющих вершин, кто, не страшась усталости, карабкается по её каменистым тропам.
/К.Маркс/
* * *

1748. Итак, я требую рабочего дня нормальной продолжительности и требую его, взывая не к твоему сердцу, так как в денежных делах конец всякому благодушию.
* * *

1749. Антиномия, право противопоставляется праву. При столкновении двух равных прав решение принадлежит силе.
* * *

1750. Это не сказка, это магия – целенаправленная работа мысли, результаты которой проявляются в физической реальности.
* * *

1751. Мы выбираем следующий мир в согласии с тем, чему научились в этом.
* * *

1752 – 1868, автор, Лао-Цзы.
[Переход] от одного глубочайшего к другому – дверь ко всему чудесному.
* * *

1753. [Человек, обладающий высшей добродетелью, так же как и вода], должен селиться ближе к земле; его сердце должно следовать внутренним побуждениям; в отношениях с людьми он должен быть дружелюбным; в словах должен быть искренним; в управлении [страной] должен быть последовательным; в делах должен исходить из возможностей; в действиях должен учитывать время. Поскольку [он], так же как и вода, не борется с вещами, [он] не совершает ошибок.
* * *

1754. Благополучие создаётся уважением, а несчастье происходит от насилия.
* * *

1755. Если знать и государи не являются примером благородства, они будут свергнуты.
* * *

1756. Превращение в противоположное есть действие Дао, человек высшей добродетели похож на простого.
* * *

1757. Нет больше несчастья, чем незнание границы своей страсти, и нет большей опасности, чем стремление к приобретению [богатств]. Поэтому, кто умеет удовлетворяться; всегда доволен [своей жизнью].
* * *

1758. Кто совершенствует [Дао] внутри себя, у того добродетель становится искренней.
* * *

1759. Знание гармонии называется постоянством. Знание постоянства называется мудростью.
* * *

1760. Управляя людьми и служа небу, лучше всего соблюдать воздержание.
* * *

1761. Осуществление великого начинается с малого.
* * *

1762. Кто много обещает, тот не заслуживает доверия. Где много лёгких дел, там много и трудных. Поэтому совершенномудрый относится к делу как к трудному, поэтому он не испытывает трудности.
* * *

1763. Кто осторожно заканчивает своё дело, подобно тому как он его начал, у того всегда будет благополучие.
* * *

1764. Знающий не доказывает, доказывающий не знает.
* * *

1765. Хаос – смешение тьмы вещей, ещё не отделившихся друг от друга.
* * *

1766. То, что формируется в форму, - это сущность, а то, что формирует форму, никогда [формой] не обладает.
* * *

1767. Мудрый человек сливается с природой, поэтому ничто не может ему повредить.
* * *

1768. То знание, которое доступно всем, - неглубоко.
* * *

1769. Знающего причину ничто не может испугать.
* * *

1770. Кто странствует во внешнем, ищет полноты в [других] вещах; кто наблюдает за внутренним, находит удовлетворение в самом себе.
* * *

1771. Причина в том, что, не достигнув предела, вещи не переходят в свою противоположность.
* * *

1772. Обретает его [путь] лишь тот, кто хранит молчание; лишь тот, чьи свойства совершенны.
* * *

1773. Заблуждение рождается подобием. Границы подобия – неразличимы, но тот, для кого подобие различимо, не станет страшиться беды извне, не станет радоваться и внутреннему счастью.
* * *

1774. Тот, кто ропщет на бедность и неудачи, не понимает времени.
* * *

1775. Если бы наш способ управлять внутренним [миром] распространился на всю Поднебесную, то учению о государе и слугах пришёл бы конец. Мы давно хотели объяснить тебе этот способ, а ты, напротив, вдруг стал учить нас своему.
* * *

1776. Ведь тот, кто умеет управлять внешним [миром], вряд ли наведёт порядок среди людей.
* * *

1777. Будь осторожен в словах – с ними согласятся.
          Будь осторожен в поступках – за ними последуют.
* * *

1778. Наблюдали за прошлым, чтобы узнать будущее.
* * *

1779. Мера – в себе самом, а подтверждение <опыт> - в других.
* * *

1780. Ибо мудрый человек познаёт не существование и гибель, а их причины.
* * *

1781. Трудность управления царством не в том, чтобы самому быть умным, а в том, чтобы находить умных.
* * *

1782. Каждый, кто удачно выберет время, преуспеет!
          Каждый, кто упустит случай, пропадёт!
* * *

1783. Нет [твёрдой] меры для того, как пользоваться удобным случаем, ловить момент, действовать по обстоятельствам. Это зависит от сообразительности.
* * *

1784. В отношениях [людей друг с другом] и [в их] союзах ежедневно происходит борьба умов.
* * *

1785. Насколько же скрыт путь, если [могли] появиться истина и ложь, насколько же темны речи, если [могли] появиться правда и неправда! Путь повсюду, где же его нет! Речь существует, чего же она не способна [выразить]? Путь затемняют ничтожные учения. Речь затемняют цветистые [выражения].
* * *

1786. Путь же объединяет в единстве.
* * *

1787. Ограниченному следовать за неограниченным опасно. [Поняв это], совершенствовать знания опасно.
* * *

1788. Знания появляются [из-за] соперничества; знание же – орудие соперничества. Даже обладая великой добродетелью и твёрдой верностью, [ты] ещё не умеешь распознать характер человека; даже не споря из-за славы, [ты] ещё не умеешь распознать намерения человека. [Если] станешь настойчиво выступать перед деспотом с прямой, точно линия отвеса, речью о милосердии и справедливости, то [твои] достоинства возненавидят и [тебя] назовут недобрым человеком. На недоброго человека люди и обрушивают беду. Боюсь, что тебя загубят.
* * *

1789. - Это [значит], - ответил Конфуций, - сосредоточить свою волю на одном, слушать не ушами, а сердцем, не сердцем, а душой. Когда перестанешь слышать ушами и откликаться сердцем, душа [очистится до] пустоты и будет готова [воспринимать] вещи. Только путь будет стекаться в пустоту. [Достижение] пустоты и есть воздержание перед размышлением.
* * *

1790. [Но] всё чрезмерное безрассудно, безрассудное же не внушает доверия. «передавай неизменной сущность [дела], опускай лишние слова». [Соблюдай это правило] и, возможно, останешься цел.
* * *

1791. Благоприятное решение приходит не скоро, а неблагоприятного уже не исправить. Не следует ли быть осторожным?
* * *

1792. Совершенствование добродетели и есть воспитание [в себе] гармонии.
* * *

1793. Чем сильнее страсти в человеке, тем меньше в нём [проявляется] естественное начало.
* * *

1794. Ведь путь обладает реальностью и достоверностью.
* * *

1795. Никто не знает, что было началом <пути>;
          Никто не знает, что будет ему концом.
* * *

1796. Не поступай в услужение к славе, не становись сокровищницей замыслов, не давай делам власти над собой, не покоряйся знанию.
Постигая [всё] до предела, [будь] бесконечен; странствуя, не оставляй следов; исчерпывая дарованное природой, ничего не приобретай; будь пустым и только.
* * *

1797. Подлинная истина в том, чтобы не терять природных свойств.
* * *

1798. Величайшее искусство похоже на неумение.
* * *

1799. Как исправить людские сердца?
- Будь осторожен! – ответил ему Лао-Цзы. – Не тревожь человеческого сердца! Сердце меняется с удивительной быстротой, пока презрительный взгляд сменится благосклонным.
* * *

1800. [вы], мой учитель, постигли истинный путь. Дозвольте задать вопрос, [какова] его сущность?
- Береги в себе внутреннее, замкнись от внешнего.
* * *